Современное бортничество, обсуждаем старые методы работы с пчелами в современных условиях Опции

[Horseman]

Продолжим.
Буду постепенно выкладывать отрывки брошуры, авторство не мое, но во многом мы совпадаем с автором. В этой теме я думаю будет к месту.

"Любой труд, если к нему подходить творчески, в конечном итоге восходит к философии. Только осмыслив философски (во вселенском масштабе) то, что ты делаешь, возможно определить правильное направление своего дальнейшего движения и совершенствования.
В современной пчеловодческой литературе мы наблюдаем попытки создать улей XXI века. Но я считаю, что сама постановка вопроса в корне неверна. И поэтому эти попытки обречены на неудачу. Прошедшие почти 200 лет интенсивных попыток создать идеальный улей успехом не увенчались. Это надо признать. В противном случае мы всем миром его не изобретали бы.
Совершенно невообразимые бездны времени пчелы жили до нас и будут жить и жить после нас. А что такое 100 лет в этих масштабах? Миг? Секунда? Минута? И закономерно появляется множество конструкций сиюминутных ульев, которые преследуют точно такую же сиюминутную цель. Эта цель — получение как можно больше меда от одной пчелиной семьи за один сезон. А пчелы изначально не предназначены для этого. Опыление растений – вот главная цель их бытия. Мы же пытаемся электронным микроскопом забить как можно больше гвоздей за лето. Ведь мед стоит на самой нижней ступени среди ценностей, которые пчелиная семья предоставляет окружающему миру. Вот какие ценности вижу я:
11. мед;
10. воск;
9. прополис;
8. пыльца;
7. пчелиный яд;
6. маточное молочко;
5. опыление растений (прибавка урожая);
На этом денежная оценка заканчивается
4. опыление растений (процветание фауны);
3. газовый баланс планеты;
2. процветание ФЛОРЫ (дыхание и питание);
1. рай для человека на земле.
А теперь поставим вопрос создания улья с космическим размахом. На века, на тысячелетия, на миллионы лет вперед. Где должны жить пчелы, чтобы своей деятельностью создавать рай для человека на земле?
Бог, когда творил этот мир, определил пчел на жительство в дупла деревьев. Поэтому ничего лучше дупла никто никогда не придумает. Потому что все было продумано и сотворено как одно целое и единое. Космос, планета, природа, человек, пчела и дупло. Это современному, возомнившему себя царем природы, человеку КАЖЕТСЯ, что дупло – это примитивное сооружение. А кажется ему потому, что современное пчеловодство изучает не что иное, как МЫСЛИ ЛЮДЕЙ о жизни пчел, а не саму жизнь пчел в естественных условиях. Ведь насколько далеко человеческая цивилизация ушла о г гармонии человека и природы, настолько далеко и пчеловодство утянуло современную жизнь пчел от их естественного образа жизни. http://pchelovodstvo-dlya-nachinayuschih.ru/ – журнал «Пчеловодство для начинающих.
А в природе нет ничего примитивного. В природе все придумано и устроено в своем абсолюте. Дупло – это вертикальная пустота в живом дереве. Как вергикальную пустоту сделать еще вертикальнее и еще пустее? Как живое дерево сделать еще живее? Опыт миллионов лс! неоспоримо показывает, что дупло — идеальное жилище для пчел. А расцвет пчеловодства на Руси—бортничество.
От непонимания этой простой истины во всех ее аспектах пани цивилизация и катится к экологической катастрофе и своей гибели Сиюминутные интересы и потребности физического тела человека, не осознающего себя бессмертным духом, уничтожают окружающий мир. А разрушение своей среды обитания -это не признак цивилизованное!и а, наоборот признак деградации, регресса и, в конечном итоге, одичание.
Путь спасения один! Победив в себе гордыню, вернуться к природному мироустройству, вернуться к Богу.
Вы спросите, а что я могу один-то? На этот вопрос я отвечаю так. Я малая частичка этого великолепного и гармоничного мир. Если я стану лучше, чище, добрее, мудрее, то и окружающий мир ровно на столько же станет лучше, чище, добрее и мудрее. Другого пути улучшить окружающий мир просто не существует. Да и толпой к Богу ведь не ходят.
Куда тысячи и тысячи пчелиных семей делись в августе -сентябре 2002 года, бросив мед и гнезда? Почему массово пропадают молодые матки, только начав яйцекладку? Наблюдаемые нами явления у пчел – это следствия разрушения человеком внешнего мира. Мы не видим и не осознаем всех цепочек причин и следствий своей деятельности на планете. А они есть! И пчелы их чувствуют и действуют исходя из них. По сравнению с этими явлениями варроатоз и аскосфероз – это так, детские шалости.
Поэтому я и создал для пчел в улье вертикальную пустоту. И чем больше я смотрю на них, тем все больше убеждаюсь в том, что я сделал правильно. Вернувшись в свое естественное жизненное пространство, пчелы все делают сами. И это у них получается значительно лучше, чем под постоянной тиранией человека.
Пчелы – наши великие учителя! А мы у них прилежные ученики!
Вот с этих позиций давайте и посмотрим на наше пчеловодство осмысленным взглядом.

О НАШИХ ПРОБЛЕМАХ В ПЧЕЛОВОДСТВЕ
Герб России – двуглавый орел. Одна голова смотрит на запад, другая на восток. Все мое творчество направлено на то, чтобы у России была своя голова.
М. Задорнов, юморист
Цель современного пчеловодства – это уработавшийся пчеловод и озадаченные пчелы.
Правда у современного пчеловодства в России очень много проблем. Это очевидно. Назову лишь самые острые.
На пасеках господствует многооперационная технология ухода за пчелиными семьями, предусматривающая еженедельные вторжения в пчелиные семьи. Отсюда пчеловодство в России в подавляющем большинстве случаев трудоемкое, любительское, мелкотоварное.
Несмотря на научно разработанные рекомендации по проведению
зимовки пчел, гибель семей в зимний период по-прежнему находится на неприемлемо высоком уровне. Вышедшие из зимовки семьи сильно ослаблены.
Несмотря на наличие целой промышленности по производству лечебных препаратов все пасеки поражены в той или иной степени аскосферозом и варроатозом и другими видами болезней.
Практически уничтожена, гибридизирована исконно русская порода пчел.
Выпускаемая вощина по составу имеет очень отдаленное сходство с воском, а по диаметру ячеек ориентирована на южные породы пчел.
Стараниями науки пчеловодство превращено в высокоинтеллектуальный вид деятельности, требующий для постижения ее многолетнего изучения и практики.
Вместе с тем по вышеперечисленным проблемам наука молчит.
ЧТО АМЕРИКАНЦУ ХОРОШО, ТО РУССКОМУ СМЕРТЬ
Не все лови, что летает. Совет начинающему пчеловоду
Перечислять проблемы можно очень долго. Вывод очевиден. Без решения этих проблем наше русское северное пчеловодство имеет очень туманное будущее. Кто будет решать эти проблемы? Государство? Оставьте эту надежду. Сегодня государству не до нас. Эти проблемы будут решать те, кому это надо, их будем решать мы, пчеловоды России. Каждый сначала у себя на пасеке, потом в своем районе, а потом и до России доберемся! Или кто-то знает другой путь?
Можно, конечно, опять поглядеть одной головой на Запад. В частности, на США. Самые северные штаты США – это широта нашего Краснодарского края. Но даже в таких благоприятных условиях американцы не смогли обеспечить успешную зимовку пчелиных семей и перешли на пакетное пчеловодство. 500 тысяч пчелопакетов весной завозятся из южных штатов в северные. Семьи развиваются, собирают мед, а потом уничтожаются серным газом. Просто и доходно. Если главное в жизни – деньги, то это лучший способ пчеловодства. Но … что
американцу хорошо, то русскому – смерть. По данным социологических опросов, две трети россиян не связывают свое счастье с деньгами, потому что понимают, что на деньги не купишь любовь и дружбу, самоуважение и трудолюбие, спокойствие души, ощущение гармонии с окружающим миром и светлую голову. Деньги от занятия пчеловодством играют определенную роль в мотивации этой деятельности, но подавляющее большинство пчеловодов России ЛЮБЯТ своих пчел и занимаются пчеловодством потому, что это им нравится делать. Выставка пчел на точек и первый облет пчел – это ПРАЗДНИК, которого ждут всю зиму. А покупка пчелопакетов – это так, рутинное занятие. Американец живет умом, а русский – душой и сердцем. И несмотря на то, что нам уже более 15 лет твердят, что экономические законы одинаковы для всех, американский опыт пчеловодства мне не указ. Я не буду убивать того, кого люблю. И пусть мне кто-нибудь докажет, что это неправильно. Да и с какой стати я буду смотреть на США? Когда мои предки столетиями заливали медом ту же Европу, Колумба еще и в проекте не было."

Как-то раз пришел я, братцы, опыта у пчел набраться.
Ульи в ряд в саду стоят, пчелы около гудят.
Я в тенечке прикорнул, посидел и вдруг уснул.
И приснилось мне, друзья, будто в улье я – не я.
Я все вижу, понимаю, жизнь вокруг себя внимаю.
Но меня как будто нет и не знаю сколь мне лет.
Мал-помалу попривык, слышу – где—то рядок рык.
Вдруг тряхнуло улей раз, впору прекращать рассказ.
А потом что началось, уцелеть бы удалось.
Полумрак сменился вдруг на слепящий свет вокруг.
Пчелы тихо загудели, застонали, полетели,
Клубы дыма повалили, все вокруг заполонили.
Глаза щиплет, в горле ком, вдруг я вижу: сверху лом
Опускается все ближе, в ужасе я лезу ниже.
Все дрожит вокруг меня, пчелы бегают, кляня
Свою жизнь и ту напасть, что дышит дымом, открыв пасть.
Вдруг улетели в небеса и мед, и дети, и Краса,
А без Красы я не жилец. Ну все, прощайте, мне конец!
Но я не умер, я проснулся, сел под кустом и встрепенулся.
Передо мною пчеловод, гудит – жужжит пчелиный род.
И мысль печальная ко мне, совсем такая как во сне.
Пришла, дошла и понял я: «Мы пчелам все враги, друзья!»
Знойный полдень, и вокруг весь в цветах зеленый луг.
Ветер гонит облака, лес шумит издалека,
Но откуда, вот бы знать, эта Божья благодать!
Кто заботится чтоб эта песня лета была спета?
Приглядимся и увидим, и поймем и не обидим.
Глянь: с цветочка на цветок вот летает шестиног.
Его крыльев не видать, вот он сел, а вот опять,
Басовито так жужжа, в чистом воздухе кружа,
Деловито так летает и как будто собирает
Он с цветов, наверно, что-то. Интересная работа.
Вот еще один, их много! Все родня у шестинога.
Приглядимся к ним, смотри, да глаза свои протри.
Очень странная жужжалка. Он летает чинно, валко.
Пять глаз, шесть ног, слава Богу, нету рог.
Волосатый, полосатый, на родню какой богатый!
Интересно, где живет сей работистый народ?
Вот поднялся выше вдруг. За тобой, наш милый друг,
Поспешим и мы. Летит он все дальше. Деловит.
Знает, шустрый, свой удел, ближе к лесу полетел.
Что мы видим? Эко диво! С разворота, так красиво
Подлетел к огромной ели, углядеть мы не успели.
Наш дружок куда-то делся, будто он на ствол уселся.
Мох на ели вековой, а жужжалки всей гурьбой
Через дырку внутрь заходят, и у дырки хороводят.
Обнаружить повезло в ели старой борть – дупло.
Вот откуда эти твари на луга поприлетали.
Интересно, что там есть. Нам придется в дырку влезть.
Какой запах в том дупле! Аромата на земле
Не встречал прекрасней я. Ну, небесный храм, друзья!
Пахнет воском, чем – то сладким, ну сплошные же загадки.
Верх и вниз жильцы снуют, удивительно живут.
И открылось мне все вдруг, и я понял, что на луг
Шестиноги прилетают и нектар там собирают.
Из цветов его сосут, в брюшке тот нектар несут.
А потом с тяжелым грузом, налитым нектаром пузом
Поспешают в дом на елке, за зеленые иголки.
Там у них гнездо, там дети. Разве может быть на свете
Место лучше и родней? В том похожи на людей
Эти милые созданья, и от этого сознанья
Мигом я их полюбил, каждый мне из них так мил!
В полумраке вверх поднялся, и тут только разобрался,
Удивляйтесь, стар и мал, я в «малинник» ведь попал!
Шестиноги девки все в самой девичьей красе.
Я спросил: «Ну, как вас звать? Сколько вас? Такая рать!»
Отвечают мимоходом: «Много нас и с каждым годом
Нас все время прибывает. Кто нас, пчел, в лесу не знает!»
В елке жить, в том есть резон, я сменю диапазон.
Поглядим, какая сила это чудо сотворила.
Что увижу я сейчас расскажу и вам тотчас.
Мигом ель преобразилась, синим светом заискрилась.
Из иголки каждой звонкой лучик светит нитью тонкой.
Вдоль ствола, да вот она, дымка нежная видна.
Мир вокруг воспринимая, энергетика такая
У всего живого есть, поглядим в дупло, и здесь
Светом тем же все сияет, поглядите, кто не знает.
Восковые соты там и по центру, и к краям
Энергетику сгущают, все сильней они сияют.
И на ели вековой светит сгусток голубой.
Посреди ствола, весь в дымке, нет прекраснее картинки.
Пчелы видят этот свет, и за тысячи за лет
Им всегда ясна дорога до родимого порога.
Мы же голову ломаем и никак не понимаем,
Как в глуши лесной пчела дырку нужную нашла.
Солнце село, потемнело, сразу в ели посвежело.
Снизу слышен легкий гул, никто в борти не уснул.
Два десятка пчел-трудяг машут крыльями в натяг.
Влажный воздух гонят прочь, еще столько же помочь
Им готово хоть сейчас, несмотря на поздний час,
Сторожа ушли в леток сладкий охранять медок
От всех тех, кто задарма любит лазить в закрома
Эти только сторожат, даже усики дрожат.
Стоит крикнуть им: «Тревога!», и пять сотен на подмогу
Будут мигом тут как тут. от воров уберегут.
Носят мед не для того, чтоб к нему пустить кого.
Негу шансов на успех, воровство – великий грех!
А вверху на сотах тонких как живые шестеренки
Пчелы кормят детвору, столько хлопот, я не вру.
Надо капельку медка растворить водой слегка,
А потом смешать с пыльцой, шевелись давай, не стой!
Но и это лишь полдела, надо знать, где не успела
Вовремя кормить личинку, щекотать усами спинку.
Чтоб ребенок рот открыл и гостинец проглотил.
Зазеваешься чуть – чуть, а личинка, просто жуть,
Из ячейки рот откроет, да так требовательно воет
Регулярная еда ей нужна, но вот беда
Три минуты отдохни и опять ее корми!
А с боков вокруг гнезда припасенная еда.
Там пыльца лежит, она пчелам очень уж нужна.
На ячейках «Маде Рус», кисло-сладкая на вкус.
Эти желтые комочки от зари до темной ночки
Собирают пчелы там по кустам и по цветам.
И в гнездо на задних лапках, подхватив пыльцу в охапку,
Детворе несут и знают: без пыльцы не выживают
В колыбелькфвосковой, в елке толстой вековой
Детки пчел. Так что давай, хоть и трудно, но летай!
А ведь надо и запас сделать, чтобы в самый раз
В феврале кормить личинки, а на улице лишь льдинки.
И добавив в пыльцу мед, выживет лесной народ.
Чуть пониже стройка века. Не умнее человека
Насекомое пчела, посмотри на их дела.
Коллективно соты строят, да так умно все устроят,
Что пригоден сот всему во пчелином во дому.
Шестигранные ячейки идентичны, как копейки
Так построены они, ну как будто бы людьми.
Строят соты очень ловко, сразу видно, что сноровка
У трудяг она в крови, строй давай и не юли!
Восковые те постройки, кружевные новостройки
Есть основа для расплода у пчелиного народа.
Они суть гнезда, и матка, кстати, та еще загадка,
В них яички так кладет, что во веки не умрет
Слава маток роевых – сильных, крупных, боевых.
Лето коротко, и вот, как отличный пулемет,
Круг за кругом сеет матка, получается так гладко,
Что за сутки эта мать успевает тысяч пять
Положить яиц в ячейки, будет сила у семейки!
Видно сразу, что царица, явно мать, а не девица.
Пчелы мать такую любят, кормят, чистят и голубят.
А уж пахнет как она, эта трутнева жена!
Сила в запахе большая, сила сильная такая.
Что пчелиная семья – эти сорок тысяч я
Как единый организм дружно строят коммунизм.
Все работают, живут, козырь главный у них – труд!
А вот тут, смотри – ка, глянь, хоть и крылышки уж рвань,
Хоть черна, и хоть блестит, все равно ведь норовит.
Пчелка клейкую крупицу, смолки липкую частицу
Прилепляет, полирует, обожглась, на лапки дует.
Не позволит эта смолка, чтоб чистюля наша пчелка
Заболела вдруг в дупле, чтоб здоровье на нуле.
Им прополис Бог послал, он им всем добра желал.
Кто это меня толкнул? Будто бык в ребро боднул.
Да тут целый вертолет вниз дупла пыхтит, ползет.
Два огромных глаза у чуда сотолаза.
Даже ползая, пыхтит, как же друг наш полетит?
Мне девчонки пояснили, что они бы и не жили,
Кабы не было таких вертолетов боевых.
Трутни пчелам всем папаши, все они герои наши.
Потому что средь полей жизнью жертвуют своей.
Где еще мы не бывали? И куда нас не позвали?
Это меда кладовые, соты с медом закладные.
От летка как можно выше, ну, под самой-самой крышей
Там лежит янтарный мед. Кому надо, тот поймет,
Что для пчелок значит эта захороночка ог лета.
Он для всех жужжащих рас стратегический запас.
Очень вкусная еда, только, сестры, вот беда:
Кроме пчел, другие есть, кто мечтает его съесть.
Среди них мохнатый, черный, но довольно, все ж, проворный.
Как прицепится: «Давай!», тут уж рот не разевай.
Он огромен, страшен, дик, и ужасен его рык.
Но и мы не лыком шиты, не бывали еще биты.
Разъяренная семья — это сорок тысяч я.
И у каждой жало с ядом, мы страшны своим нападом.
В нос ему десяток жал! Гляньте, с дерева упал.
Пока с дерева летел, быстро меда расхотел.
А когда зима настанет, и совсем уж плохо станет,
Когда зуб стучит о зуб, соберутся пчелы в клуб.
Прижимаются друг к дружке наши милые подружки.
Но в дупле, что в елке толстой, коренастой, мощной, взрослой,
Как в натопленном дому, беспокойство ни к чему.
Ведь пчелиный Бог не зря, весь пчелиный род любя,
Так устроил им зимовку, применив свою уловку,
Что пчелиная семья, во дупле всю жизнь живя
Даже в лютые морозы спит и видит алы розы.
Теплый клуб, сухие соты, никакой тебе заботы.
Мед в запасе на весну, и я тоже с час усну.
Как чудесен этот свет! Лучше не было и нет!
Все устроено прекрасно, чисто, просто, мило, ясно.
Жизнь пчелы – такое диво, так устроена красиво,
Что осталось только нам у красивых, милых дам
Научиться жить всем вместе на своем родимом месте
Мир вокруг не надо рушить, научиться надо слушать.
Что нам пчелы говорят много-много лет подряд.

[Horseman]

Как-то было сказано "не сотвори себе кумира". Если не возражаете, ув. Horseman, я его немного покритикую.

Нет у меня кумиров в пчеловодстве. Может пока.
А ваша критика, это детали, не меняющие сути. Я тоже с автором по многим вопросам не согласен но в главном мы сходимся.

Следующие несколько страничек, с вашего позволения.

НЕ ЗНАЯ ПРОШЛОГО, НЕ УВИДИШЬ БУДУЩЕГО
Чем дальше в лес, тем больше дров Русская пословица
Где же выход из тяжелой ситуации в русском северном пчеловодстве? Как решить все те проблемы, от которых так страдает наше дело?
Именно эти вопросы и заставили меня обратиться к истории нашего русского пчеловодства. А как все было во времена его расцвета? Но чем больше я изучаю историю древних славян, тем сильнее и сильнее убеждаюсь в том, что наши предки были совсем не такими, какими их описывает наша историческая наука. Возьмите хотя бы книги по истории бортничества на Руси. В них рисуется образ, конечно же, смекалистого, умелого, храброго мужика, которых ходил по дремучим лесам, долбил дупла в деревьях, а потом отбирал у пчел мед. Но примитивным было его пчеловодство. Не знал он, не ведал, ни где пчелы берут воск, ни как эти нежные насекомые умудряются пережить суровую зиму, ни того, что самая большая пчела – это и есть родоначальница всей семьи, а никакой не «царь». Бортник никак не влиял на жизнь пчелиной семьи. Пчелы были
загадкой.
Но узнав результаты этого древнею промысла, почитав свидетельства очевидцев и сравнив то, что было, с тем, что есть сейчас, вдруг начинаешь с удивлением понимать, что по сравнению с нами, наши предки были великими пчеловодами, а лучшее пчеловодство – это бортничество. Никто ведь и не отрицает, что еще совсем недавно, каких-то 400 — 500 лет назад, пчеловодство на Руси переживало свой расцвет. А сколько времени оно цвело – один Бог знает! Самому древнему из найденных скобелей – орудию, с помощью которого наши предки выделывали борти и колоды, более 100 тысяч лет. Иноземцы в средние века называли Русь страною с медовыми реками, текущими в восковых берегах.
Неграмотные, заросшие бородой мужики в лаптях, для которых жизнь пчелиной семьи была одна большая загадка, постоянно и систематически заливали Европу и Азию медом и воском. Без пчеловодческих обществ, без лекарств, без вощины, без племенного дела, без поддержки государства сами по себе добывали столько меда и воска, что нам сейчас такие объемы кажутся недостижимой перспективой. А ведь Сибирь тогда была еще сама по себе. У большинства бортников было по 50 – 80 бортей с пчелами. Причем на каждое дельное дерево в среднем приходилось семь свободных бортей для заселения роями. Некоторые бортники владели сотнями семей, по 200 – 500, а бортники – хозяева в своих бортных ухожьях – насчитывали тысячи бортей.
По изысканиям большого знатока старины и бортничества Н.М. Витвицкого, в 1506 — 1507 годах только из четырех княжеских комор-кладовых – Полоцкой, Брест – Литовской, Гродненской и Владимирской
- было отпущено на продажу 23 129 пудов чистого воска, не считая частных продаж. По его расчетам, за два года в эти кладовые поступило около 16 миллионов п>дов меда (из 70 фунтов (1 фунт – 409,5 гр.) выломанных сотов с медом выходил 1 фунт воска). А эти области составляли лишь трехсотую часть России. А всего на Руси, он считал, было около 50 миллионов пчелиных семей. По общему количеству меда источники расходятся. Но все равно приводятся фантастические цифры
- от 100 миллионов до 600 миллионов пудов меда ежегодно. Не поленитесь, переведите эти миллионы пудов в килограммы и тонны. И вы поймете иноземцев, которые говорили о медовых реках.
Десятки миллионов пчелиных семей (сейчас во всей России насчитывается примерно 3,5 миллиона, пчелиных семей) своим неустанным трудом создавали этот образ. И точно таким же неустанным трудом десятки тысяч «темных и неграмотных» мужиков тоже создавали образ Руси как страны, чрезвычайно изобилующей пчелами.
А пчелы были свои, местные, чисто русские, боровки. Они не болели и не гибли в суровые зимы. Они жили и собирали мед совершенно без вмешательства человека. Они жили в гармонии с окружающим миром. И человек эту гармонию не нарушал. Хоть «дик и темен» был бортник на Руси, но понимал лучше нас, «светлых и цивилизованных», что нельзя нарушать дикую жизнь божьих созданий – пчел. Не нами этот мир создан – не нам его и переделывать, переиначивать под себя. А мы утратили это великое понимание, возгордились, что «цари природы». Где та великая страна с медовыми реками в восковых берегах? И в какой грязи мы сейчас живем! Какую дрянь едим и пьем! И считаем все это прогрессом?
Некоторые скажут: «Зачем поминать старое? Леса вырублены, реки обмелели, растительность вымирает, климат-то засухи, то наводнения. Какие медовые реки? Какие восковые берега?» А я скажу, что тем больше оснований задуматься всем нам над тем, куда мы идем, что нарушили в себе и зачем? И почему называем уничтожение своей же среды обитания развитием цивилизации на пути прогресса?
Вопрос: «Почему в XVII веке пчеловодство в России пришло в упадок?» еще ждет своих исследователей. История пчеловодства называет несколько причин. Но при их вдумчивом рассмотрении все они оказываются несерьезными. Во-первых, распространение хлебных посевов. Ну сколько можно было в XVII веке лошадкой и деревянной сохой распахать земель? И сейчас потенциальные возможности российских просторов в плане пчеловодства огромны. Во-вторых, лесные промыслы, как-то: производство поташа и стекла, а также кораблестроение и металлургия. На эти дела тоже требовались смешные объемы леса от общего лесного фонда России в XVII веке. Да и выруба -это то. что надо для пчеловодства. В-третьих, производство свекловичного сахара, керосина, появление минеральных восков. Но в XVII веке все это только появилось, а значит было в малых количествах и очень дорого. Да и посмотрите вокруг сегодня. Разве мед и сахар конкуренты?
В других странах пчеловодство примерно в это же время тоже
пришло в упадок. Правда, по другим причинам. Значит, основная причина одна, и кроется эта причина, мне кажется, в экономических условиях пчеловодства. Приведу только один пример. Согласно Новгородской «Русской правде» (XI век) за уничтожение борти было определено 3 гривны штрафа. А плата должнику, поступившему к заимодавцу для расплаты личным трудом, была полгривны в год. Борть, следовательно, оценивалась в 6 раз дороже годовой платы работника. В исчислении же повинностей в описях XVIII века улей пчел оценивался только в 24 рабочих дня. Ведь улей мог служить от силы два десятка лет, а борть на дереве давала доход и деду, и сыну, и внуку. Кроме того, неоспорим и рост производительности труда наемного работника. Наверное, отсюда и упадок интереса к пчеловодству. А сейчас сколько стоит улей с пчелами? В среднем 3 тысячи рублей семья и 3 тысячи рублей хороший новый улей. Итого — 6 тысяч рублей, примерно месячная зарплата в России. Вот интересный вопрос для исследователей.
НАШ ПУТЬ В ПЧЕЛОВОДСТВЕ
Что имеем — не храним, потерявши – плачем.
Русская пословица
А теперь возьмем и почитаем труды наших выдающихся пчеловодов XIX века. Наших, русских. Они стояли ближе к бортничеству, чем мы. Они видели своими глазами и борти, и боровок, и тех самых бородатых мужиков.
Николай Михайлович Витвицкий (1764- 1853 г.г.):
«Грубо ошибается тот, кто думает, что старинное бортевое пчеловодство в нашем Отечестве не было доведено до высокой степени искусства».
Вот так и никак иначе: «…до высокой степени искусства».
«Вся тайна пчеловодства состоит в том, чтобы совершенно знать свойства пчел и уметь сберегать оные… Кто хочет с успехом разводить пчел должен, сколь возможно, применяться к образу жизни пчел диких».
Глубочайшая, фундаментальная мысль, высказанная человеком, который имел возможность сравнивать пчел в дупле, пчел в колоде и пчел в улье.
«Чтобы двинуть общее пчеловодство вперед, должно особенно на степях обзаводиться теми пчелами, которые живут в лесах на свежем воздухе. Самые отличные породы медоносиц скрываются по дуплам в непроходимых русских и литовских лесах. Они живут по законам природы от незапамятных веков… Дикая пчела, можно сказать, сильна как медведь, между тем. как живущая в улье совсем ныне сделалась хилою».
180 лет назад сказаны эти слова. И точно указана причина ослабления пчелиных семей – улей. А вот еще:
«Россия будет получать мед от преобразованного пчеловодства только в том случае, если будет заботиться о поддержании рационального бортничества, ибо оно доставит сильных пород пчел для подкрепления ими пчел, изнуренных на пасеках».
Обратимся к трудам Петра Ивановича Прокоповича (1775 – 1850 г.г.) Удивительные высказывания мы находим и у него.
«До 1808 года я не читал ни одной книги по пчеловодству, но изучал пчел сам собою без всякого руководителя. В 1808 году выписал несколько известных книг о пчелах. Прочитав их. я решительно убедился, что практические познания мои об этой отрасли хозяйства вернее и во многом не согласны с книжными».
Книги были заграничные, естествоиспытателя Р.А. Реомюра.
Так почему же Прокопович почти 200 лет назад, как и мы с вами, усматривал в книгах значительный отрыв книжной науки от практики? Или Реомюр что-то не понимал в пчелах? Да все очень просто. По климату Европа, не говоря уже об Америке – это вам не Россия. И Реомюр и все западные пчеловоды работали с южными породами пчел. Для справки: Л.Л. Лангстрот держал пчел на широте Турции, а Ш. Дадан пчеловодил еще южнее – на широте севера Африки. Всего у него было 400 семей. Все итальянки.
А Витвицкий и Прокопович, хоть и водили пчел на Украине, но пчелы были наши, северные, среднерусские, боровки. То, что видели на практике наши ученые-пчеловоды, в западных работах по пчеловодству и не упоминалось. Западное пчеловодство и наше пчеловодство – это разные пчеловодства, потому что пчелы разные.
Как мы видим, и Витвицкий и Прокопович имели свою голову на плечах, отлично ориентировались в реалиях русского пчеловодства, и стояли на совершенно правильных позициях.
Пчелы – местные, боровки. Ульи (о них чуть ниже) – разъемные
по вертикали стояки, копирующие дупло. ВОТ ОН НАШ, ИСКОННО РУССКИЙ ПУТЬ В ПЧЕЛОВОДСТВЕ, ЧЕТКО ОПРЕДЕЛЕННЫЙ НАШИМИ УЧЕНЫМИ ПЧЕЛОВОДАМИ В ПЕРВОЙ ЧЕТВЕРТИ XIX ВЕКА!

О ДАЛЬНЕЙШЕМ РАЗВИТИИ СОБЫТИЙ
Зажигая факел знаний,
не бойтесь опалить кому-нибудь бороду.
Что же произошло дальше? Дальнейшие мои изыскания привели меня к выводам, противоречащим официальной трактовке истории русского «пчеловодства. Поэтому постараюсь быть наиболее убедительным в своих суждениях.
Дальше мы неизбежно приходим к 25 ноября 1871 года. Это дата первого выступления на пчеловодном поприще известного академика, профессора химии Александра Михайловича Бутлерова (1828 – 1886 г.г.), который выступил на заседании Вольного экономического общества с докладом «О мерах к распространению в России рационального пчеловодства» и который считается «апостолом» РАЦИОНАЛЬНОГО ПЧЕЛОВОДСТВА в России. С выступления А.М. Бутлерова у нас начинает распространяться пчеловодство по западному образцу. Не будем голословны.
«Я думал и думаю, что прежде чем изобретать самим нужно знакомиться с чужими изобретениями по той же части, и что при соблюдении этого простого правила мы избежим придумывания того, что уже придумано, или того, что совсем не нужно. По моему мнению, русские пчеловоды, держась этого правила, могли бы только выиграть».
В докладе о поездке за границу в 1879 году он говорил: «Невольно напрашивается сравнение с Россией, и приходишь неотразимо к заключению, что нам следует приложить все возможные усилия для того, чтобы наше отечественное пчеловодство поскорее вошло в фазу процветания на рациональных началах». «Когда видишь, что делается там, то более и более приходишь к убеждению, что у нас сделано еще очень мало, а предстоит сделать еще весьма много и нужна немалая энергия для того, чтобы нам — не говорю уже догнать — по крайней мере, не слишком далеко отставать от чехов и немцев».
А что, вы скажите, тут плохого? Для ответа на этот вопрос нужно разобраться с тем, что подразумевалось под словами «рациональные начала», «рациональное пчеловодство». Ответ на этот вопрос дал ближайший соратник и творческий единомышленник А.М. Бутлерова Геннадий Петрович Кондратьев (1834- 1905 г.г.). Он писал: «Чем больше мы будем изучать жизнь пчел и их потребности, тем яснее для нас будет в каждый данный момент внутреннее состояние семьи, а зная это состояние, мы будем знать, чем мы можем помочь пчелам в каждую данную минуту. И только тогда, когда пчеловод достигнет этого знания, конечно, при известных способностях, путем долгой практики, он может считать себя настоящим пчеловодом».
Вот что такое рациональное пчеловодство. Знать и в каждую данную минуту мочь вмешаться в жизнь пчелиной семьи.
А.М. Бутлеров был выдающимся ученым – химиком. Наука, как основной свой инструмент, применяет анализ, то есть расчленение процесса или предмета на части и изучение каждой части отдельно. Вот с таким анализом Бутлеров и подошел к пчеле и пчеловодству. Расчленил, изучил, но природу и пчел как единую систему не увидел. К чему это привело в России мы сейчас с вами и посмотрим.
Еще в ноябре 1871 года, выступая с докладом на заседании Вольного экономического общества Бутлеров говорил: «…мы не знаем, какие породы пчел существуют у нас, а что у нас есть различные породы пчел – это несомненно…». И далее: «За ввозом к нам итальянок дело не станет, но, может быть, без итальянских пчел мы найдем хорошую породу».
Не знать о существовании в России боровок – исконно русских пчел? Я воспринял эти слова Бутлерова, по крайней мере, как лукавство. И какие такие породы пчел он собрался искать? И зачем? Чуть ниже я отвечу на этот вопрос. Сейчас же скажу, что в 1877 году он нашел то, что искал 6 лет. Во время путешествия на Кавказ в районе Минеральных Вод и в долинах Закавказья Бутлеров увидел пчел желтых, почти таких же, как итальянки. Бутлерова буквально потрясло и привело в восторг миролюбие этих пчел. Он видел, как пчеловоды, работая на пасеках, совершенно не применяли дыма. Пчел сгоняли с сотов, разгребая руками, дули на них, а они не раздражались, словно у них не было жала. Во время роения Бутлеров подходил к улью, пробираясь сквозь облако пчел, махал фуражкой, с обнаженной головой стоял под деревом, с которого сыпались на него пчелы. Но ни одна его не ужалила. Он писал: «Нельзя отрицать огромное значение этого качества, а оно, я думаю, готовит нашей кавказской пчеле блестящую будущность».
Русские боровки ну никак не вписывались в рациональное пчеловодство на западный манер, которое пропагандировал Бутлеров. Они не позволяли в любую минуту влазить в свое жилище. От частых вмешательств в их жизнь они свирепели и беспощадно жалили все живое вокруг их жилья несколько дней подряд.
И это правильное поведение на севере. Лето коротко. Если отдать мед, то нового не натаскаешь. А это гибель!
Именно отсюда, я подозреваю, и пошла слава среднерусских пчел, как очень злых.
И Бутлеров нашел им замену. Он привез с Кавказа 8 плодных маток и передал их московскому пчеловоду Борисовскому, чем положил начало изучению кавказянок и их дальнейшему широкому распространению в России.
Вот где корень всех наших сегодняшних проблем!
С 1880 года началась активная популяризация кавказских пчел. Бутлеров на своих лекциях, не пользуясь даже лицевой сеткой, открывал улей и выполнял операции, предусмотренные технологией: делал отводки, подсаживал маток, осматривал гнездо, показывал приемы обращения с пчелами. Всех поражало, что Бутлеров вынимай пчел пригоршнями, голыми руками. Именно по инициативе Бутлерова в 1879 году почтовый департамент России отдал распоряжение о приемке и пересылке живых пчел по почте повсеместно. А в 1880 году было опубликовано первое объявление о пересылке по почте маток кавказских пчел. Рациональное пчеловодство по Бутлерову начало свое губительнейшее шествие по пасекам России.
Итальянские пчелы, которые были очень широко распространены в то время и в Европе, и в Америке, и тоже отличавшиеся кротким нравом, при перевозке попадали в страны и на континенты с мягким климатом и отлично приживались в новых местах. Кавказские пчелы, привезенные в Россию, к суровым зимам и длинным безоблетным периодам приспособиться не могли. Их спасло только то, что русские пчелы передали им часть своих качеств, но сами при этом часть своих качеств потеряли.
Кавказянки к тому же оказались чрезмерно ройливы. Закладывали сотни маточников, а с роями выходили 20 – 30 маток, часто роились рои. К тому же они оказались и вороватыми. Вот что по этому
поводу писал Г.П. Кондратьев: «Кавказянок и итальянок все поголовно считают ворами. Но до некоторой степени ведь это самая воровитость и есть, как сказать, особенное усердие к добыче меда. Ну как же можно винить породу за усердие!» Без комментариев.
Рациональное пчеловодство обернулось для боровок трагедией, а для России – утратой ее национального достояния.
ЧТО ТАКОЕ СОВРЕМЕННОЕ ПЧЕЛОВОДСТВО
Главный вредитель хорошего медосбора -человек.
Вывод опытного пчеловода
Пасека явно нуждалась в уходе хозяина. И чем дальше бы он ушел, тем было бы лучше.
Афоризм
Все наше современное пчеловодство – это не что иное, как безуспешные попытки аклиматизировать помеси в суровых климатических условия России. Судите сами.
Наращивание пчел в зиму. Боровки, собирая нектар во время главного взятка, параллельно выращивают и расплод для зимовки. Лето коротко. Сначала мед, а потом расплод – не получится. А у южанок до ноября все главный взяток. Вот мед соберем, потом расплод вырастим, потом опять мед носить будем. Лето кончилось в конце июля, а у южанок не у шубы рукав.
Кормление сахаром. Цель очевидна. Снижать каловую нагрузку в безоблетный период. Зимой в России даже в очень хорошую оттепель не полетаешь.
Зимовка в зимовниках при стабильной температуре. Цель та же самая. Минимизировать поедание меда.
Все эти прослушки зимой. Как, да что, а не пора ли? А боровок чем меньше тревожишь, тем лучше.
Ранние, сверхранние облеты. Опять — это же самое. Кишка переполнена. Чуть задержишься с облетом – и чисти улей и рамки.
Противороевые приемы. Не ослабишь семьи – все изроятся.
Дохода не получишь.
Двухматочное содержание пчел. У южанок возможно, а у северянок – нет. Две матки русских пчел вместе никогда на уживутся. А при правильном улье одна северянка кладет яйца такими темпами, что семья увеличивается взрывообразно. Лето коротко. Промедление смерти подобно.
Борьба с воровством. У южанок: украдут – еще наносим. У северянок: чужого не надо, но и своего не отдадим, иначе гибель.
Лечение от всяких болезней. Ослабленные зимовкой, подкормками, помеси не могут устоять против всяких микробов, грибков и паразитов. Сколько их ни лечи, если они сами болезням не сопротивляются, то каждое лето снова да ладом.
Да и смысл выражения «рациональное пчеловодство», я считаю, искажен. Рационально – это значит наиболее выгодно, лучше, с меньшими затратами. А о какой рациональности можно говорить, если в улей надо каждую неделю лазить? Все время проверять, много ли расплода, есть ли мед, а перга, нет ли маточников, не пора ли подставлять вощину. Да сами все знаете. «А как же быть с рамками, вощиной и медогонкой?» – скажете вы. Ведь утверждение, что это три кита рационального пчеловодства впечатано у всех в память намертво. А тут я и не спорю. Да, это все рациональные изобретения. Но они изначально были предназначены не для пчеловодства, а для облегчения изъятия меда у пчел и для создания запаса суши на главный взяток.
А как же быть с утверждением, что бортничество – это экстенсивный путь развития пчеловодства, а успех нас ждет только при его интенсификации? Тут тоже все просто. Интенсификация – это когда от одной семьи пчел получают все больше и больше меда. В дупле количество меда, запасенного на зимовку, напрямую зависит от количества сотов, отстроенных за лето. То есть в дупле медосбор в 30, 40, 50 килограммов товарного меда за лето просто невозможен, так как складывать этот мед некуда. Стоит только подставить в дупло сушь, и вы тут же перейдете от экстенсивного пути к интенсивному. Никакой огород городить не нужно.
Вывод: суровые зимы у нас были, есть и будут. Наше русское пчеловодство может успешно развиваться только при одном фундаментальном условии: пчелы должны хорошо зимовать.
Под словами «хорошо зимовать» я понимаю не выход из зимовки живой семьи, а выход из зимовки семьи в таком же физиологическом
состоянии, в каком она в зимовку ушла. И природа наделила северных пчел этой великолепной способностью. Это частичный анабиоз (зимняя спячка). Отсюда очень простая мысль: БЕЗ ВОЗРОЖДЕНИЯ СРЕДНЕРУССКОЙ ПЧЕЛЫ НА НАШИХ ПАСЕКАХ БУДУЩЕГО У СЕВЕРНОГО РОССИЙСКОГО ПЧЕЛОВОДСТВА НЕТ!
ЧТО ДЕЛАТЬ?
- А это вы каких пчел продаете?
- А это смотря каких вы покупаете.
Диалог на пасеке
Как возродить роску?
1. Прекратить завоз всех других пород пчел на нашу территорию. Как его прекратить? А очень просто. Нам с вами не надо их покупать. И самим покупаться на бойкую рекламу. Читайте Витвицкого: «Лучшая порода пчел — местная».
2. Как сохранить в чистоте росок. которые неизбежно сначала будут жить у нас на пасеках в окружении помесей? Тут несколько путей. Перечислю все пришедшие мне на ум:
ликвидировать помеси и закупить чистопородных среднерусских пчел,
искусственное осеменение маток; постоянная покупка плодных маток; вывозка среднерусских пчел на случные пункты; смещение сроков роения среднерусских пчел в сторону мая (до массового роения помесей);
зараивание русских пчел и непозволение роиться помесям; и во всех случаях договоры со всеми соседями-пасечниками о единой политике вытеснения помесей из вашего региона; устройство чистопородных питомников для среднерусских пчел. А может быть, кто-нибудь предложит еще более действенные способы?

Сообщение отредактировал Horseman - 30.3.2011, 10:48